Igor Lissov (buchwurm) wrote,
Igor Lissov
buchwurm

Семь в остатке

Год 1973. Мне семь лет, и я первоклассник 176-й московской школы. Мою первую учительницу зовут Таисия Васильевна Бирюкова. Она дрючит наш класс В сильнее, чем ее коллеги – А и Б. Мы хорошо видим это на продленке, сравнивая количество заданий нам и бэшкам. В итоге, когда после восьмого три класса будут сливать в один, он будет собран из А и В с единичными включениями из Б.

По итогам первого класса мне дадут грамоту и книжку Александра Волкова «Земля и небо». Ее я буду пересказывать всему отряду на тихом часе в пионерлагере и она, как и положено в счастливой сказке, определит мою судьбу.
На продленке перед приготовлением домашних заданий читают страшно дефицитные книжки из серии «Волшебник Изумрудного города». О том, что их тоже написал Александр Волков – тот самый! – я узнаю гораздо позже.
Папе 47, маме 37. Папина мама живет в Воронеже, мамины родители – на Платоновке, где я обычно провожу лето. Туда из Тамбова ходит пригородный поезд – паровоз со старыми вагонами. Пассажирские поезда идут под тепловозами и стоят на станции по две-три минуты. Взять на них билет и успеть влезть в поезд – та еще задача.
Родители из принципиальных соображений не покупают телевизор, так что в тех редких случаях, когда фильм обязательно надо посмотреть, как «Семнадцать мгновений весны», мы идем к соседке из 127-й квартиры.
Станцию метро «Беляево» строят и откроют в следующем году. Кинотеатр «Витязь» прямо перед домом уже открыли. Детский сеанс стоит 10 копеек, взрослый – от 30 до 70, если одна серия.

Год 1983. Мне семнадцать, и я заканчиваю 10-й класс 179-й физико-математической школы, которая стоит в Георгиевском переулке напротив Госплана. (В здании Госплана сегодня сидит Госдума, и я иногда там бываю. Завучем 179-й школы работает мой одноклассник Олежка Гриценко.) В ноябре 1982-го нас отпустили на незапланированные каникулы по требованию КГБ, так как рядышком, из окошка видно, – Дом Союзов, где стоял гроб с телом Брежнева. От него школу отделяет низкое здание гаража Госплана (бывшая электростанция и гараж Священного Синода, будущий Малый Манеж).
Школу лихорадит. После 9-го ушла наша англичанка и классная Ольга Константиновна Немцова, и нас передали в ведение химички Валентины Ивановны Макаровой. Литературу начала преподавать совсем юная Марина Владимировна Амелина, и она умудряется не только привить к предмету некоторую симпатию, но и научить в авральном порядке писать сочинения. Ушел прекрасный математик Абрам Иосифович Зайчик. Осиротел параллельный физический класс – наш физик, наглый интриган Борис Лазаревич Дрибинский, выжил из школы Владимира Владимировича Бронфмана, и с ним ушла та часть учеников, для которых это было важно. Дрибинский болеет целыми неделями и совсем не преподает астрономию (мне-то что, я учебник Воронцова-Вельяминова читал не раз и не два и знаю неплохо), но каким-то тайным чутьем узнает мои пристрастия и дарит неизвестно где и как добытые фотоотпечатки панорам «Венеры-13». Гроза школы – географичка, она же завуч, Любовь Борисовна Мерденова. Ровно в 08:30 она запирает входную дверь, и кто не успел, тот опоздал. А приезжаем-то мы со всех концов Москвы…
Женя Володин изготавливает в домашних условиях йодистый азот. Олежка Гриценко поет под гитару с гордой надписью ББС. Вадик Зильберштейн учит иврит. Местонахождение Бориса Бегуна неизвестно, однако «Голос Америки» регулярно сообщает, что какой-то Бегун подался в правозащитники и даже диктует его адрес – где-то у черта на рогах у «Лейпцига», на улице Академика Варги.
Мы по-прежнему живем в Беляево. Дедушка умер зимой 1977-го, обе бабушки – почти одновременно знойным и дымным летом 1981-го. Я в это время окучивал виноградники в Молдавии, в совхозе Чумай, и проглядывал страницу за страницей двухтомный почтовый справочник, оказавшийся в открытом доступе. Я нашел в нем Звездный городок и узнал его почтовый индекс и местоположение с точностью до района.
В июне 1982-го сбылась мечта – я побывал в Звездном городке. Дежуривший на КПП солдатик пропустил меня внутрь «ровно до 13:50, не больше». (Маринин говорит, что впервые проник в Звездный на несколько месяцев раньше, но я не уверен в его первенстве.)
В нынешнем апреле «Правда» оскорбила меня в лучших чувствах, впервые не назвав в сообщении о старте экипаж шаттла, а «Голос Америки» не только назвал, но и довольно подробно рассказывал о полете и о выходе астронавтов в открытый космос. Помимо новостей, космос освещается в тематической передаче «Новости американской науки и техники» (выходит по четвергам в 19:45, сразу после «Религиозной и общественной жизни американских евреев»).
Итак, утром я прилежно читаю «Правду», «Известия» и «Комсомольскую правду», а вечером внимательно слушаю «Голос Америки». Западный взгляд на мир и деяния диссидентов записываются на подкорку параллельно с официальной идеологией.
Все доступные газетные материалы по полету станции и вообще по космосу аккуратно вырезаются и вклеиваются в альбомы. Туда же попадают вырезки из Moscow News, которую положено выписывать и читать для уроков английского. Все книги и брошюры по астрономии и космонавтике из районной библиотеки изучены. Таблица всех космических полетов, составленная в 1980-м по книжке И.Г.Борисенко, доведена до актуального состояния, корабли и экипажи помню наизусть. В прошлом году Димка Лунев – у него отец работает в ЦУПе – под большим секретом продал дату запуска «Салюта-7». Мое личное достижение – удачное предсказание даты старта экипажа Попов – Серебров – Савицкая.
Багаж знаний из 179-й с небольшим дополнением от репетитора по физике позволяют без проблем поступить в МИФИ. Ядрёный вуз оказывается монастырем строго режима, но я не склонен к гулянкам и грызу гранит науки довольно прилежно. Через некоторое время я доберусь до научной библиотеки и найду там ксерокопированный, с пропусками наиболее стрёмных публикаций, Spaceflight. О, это будет пир души!
Наташа уже рядом, но я еще не знаю, что это навсегда :-)

Год 1993. Мне 27. МИФИ окончил с красным дипломом, остался на кафедре. Группа занималась обсчетом данных системы внутриреакторного контроля ВВЭР-1000 с прицелом на оптимизацию нейтронного поля и кампании реактора. Дважды мотался в командировки в Энергодар и один раз в Козлодуй. Успел поучиться в Северодонецке и побыть начальником монструозной ЭВМ СМ-1210, пока ее не разобрали и не сложили в каком-то закутке «до востребования».
Так как наша научная группа потеряла на демократических выборах пост завкафедрой, начальству приходится крутиться. Образовано, как водится, малое предприятие, которое заселилось на последнем этаже одного здания в Потаповском переулке. Теперь мы работаем на IBM PC AT, а направление сменилось на создание информационных систем для Росэнергоатома. Работать тяжело и морально, и материально – обещанный в январе миллион на троих к концу года превращается почти что в пыль.
Революцию 1989-1991 года встретил со всей радостью неофита, ударный переход к рынку – с надеждой, что все наладится. Расстрел Белого дома шокировал, но и тут нашелся плюс – гражданская война подавлена жестоко, но эффективно, могло быть намного хуже.
Зимой в читальном зале Политехнической библиотеки попали в руки две маленькие брошюрки с названием «Новости космонавтики» на обложке. Первое ощущение: фантастика! Уже давно на космос «забили» и газеты, и «Голос Америки», Spaceflight в библиотеки больше не поступает, и кто теперь летает на шаттлах, узнать просто негде. И вот, оказывается, есть люди, которые это знают!
В конце марта я доберусь до редакции этого бюллетеня, которая сидит в маленьком домике зеленого цвета за торцом улицы Академика Королева, и скуплю все имеющиеся номера. Через две недели – принесу список замеченных опечаток и глюков. Через два месяца – начну переводить англоязычные сообщения. С лета я уже неофициальный сотрудник, и составленный мной отчет по полету STS-57 намного подробнее, чем любой из предыдущих.
Утром 4 октября я проберусь в редакцию партизанскими тропами, пешком от Тимирязевской и через Октябрьскую ж.д., чтобы убедиться, что она не пострадала при штурме телецентра. Когда он возобновит работу, мы снова станем ходить туда за сообщениями AP, UPI и Reuters – пока именно они дают главную долю исходной информации.
Пока еще все этом можно заниматься «без отрыва от основной работы», тем более что в начале 1994 года дома появится первый собственный компьютер, и можно будет работать по ночам. Окончательная смена ориентации произойдет в конце 1994-го, когда станет ясно, что журнал требует всех сил.
Денису три года, он радостно топает в лес и катается с горы. Наташа выходит на работу в НПО АП, но там совершенно нечего делать. Для пополнения семейного бюджета она помогает своей маме делать пересчет пенсий. Летом 1992-го с компанией Наташи мы поднялись на сплав по реке Урал от Уральска до Чапаева. С появлением НК понятие отпуска утратило смысл…

Год 2003. Мне 37. Мы живем на улице Академика Варги, откуда когда-то убежали Бегуны. Отец умер семь лет назад. Денис учится в физматлицее при Дворце пионеров, и учится на удивление усердно; победа на всероссийской олимпиаде по астрономии и призовое место на физике еще впереди. Сережке полтора года. Наташа работает верстальщиком и подрабатывает переводами. Я как проклятый вкалываю в НК. В нулевом году съездили на курорт в Болгарию, и это чуть ли не единственный отпуск за десять лет.
Я – постоянный читатель «Новой газеты» с 1998 года, когда она предсказала дефолт. Они все правильно пишут, и потом, должен же кто-то разоблачать всю эту камарилью и защищать народ. Но никакой веры в демократию уже нет: ни в американскую после бомбардировок Югославии, ни в нашу после ошеломительно грязных выборов, на которых партию Явлинского откровенно и нагло лишили места в Думе.
Дефолт перенесли сравнительно легко. Правда, цены на доступ к интернету по dial-up’у задавались в долларах, и то, чего раньше хватало на месяц, теперь уходило за неделю. Большой босс разводил руками, платить приходилось из собственного кармана. 1200 баксов он мне должен по сей день :-)
Интернет – уже давно главный источник информации для журнала, который вырос, стал большим и цветным (спасибо Борису Борисовичу Ренскому!). У нас есть свой сайт и даже форум. Правда, сервер недавно сгорел синим пламенем, и форум пришлось перезапустить с нуля.
Уже появился ЖЖ, но эра соцсетей еще не наступила, и знакомиться принято все-таки лично. Счастливые встречи года – Маша в Москве и Лена в Железногорске.
Метро – вновь вернувшееся увлечение нескольких последних лет. Разгадано множество исторических загадок; коллегами по сообществу отснято все, что только можно отснять. Без хобби жить трудно :-)
Катастрофа года – гибель «Колумбии». Но неужели прошло уже десять лет?!

Год 2013. Мне 47. В голове много седины, на сердце много печали. Не отпускает нелепая и страшная гибель Аньки, и ее посмертные публикации лишь немного смягчают боль утраты.
Наташа – серьезный и успешный переводчик научно-популярной литературы (спасибо Наталье Исаевне за энергичный направляющий пинок!). Из 18 книг, включенных в каталог «Альпины» на 15-й Non-fiction, восемь перевела она, а девятую редактировал я. На наш маленький колхоз приходится уже две Беляевские премии – мне как участнику (и фактическому редактору) «Мировой пилотируемой космонавтики», ей – за «Физику невозможного». Пожалуй, теперь это можно считать хобби. Работа в НК была и остается счастливой каторгой, от которой лишь изредка удается откусить неделю на короткий отпуск, а из ништяков можно вспомнить разве что Крест Гагарина от Роскосмоса. «Никто, кроме нас!» – это лозунг не только ВДВ.
Денис работает в ИКИ у И.Г.Митрофанова и имеет хорошую репутацию. Спутницу жизни он себе нашел и от нас уже отпочковался. Так основательно, что и не достучишься :-) Сережка учится в шестом классе, его главное увлечение – программирование.
Все нормальные люди с возрастом становятся консерваторами, и я не исключение. Тем более, что жизнь очень внятно намекает: чудесная эпоха всеобщего благосостояния в отдельных странах закончилась раз и навсегда. В 2008-м под прошлым была подведена черта; мировая финансово-политическая система неработоспособна и обрушится в близком будущем. Соблазнение советской элиты и разрушение СССР, а затем жадное обгладывание Западом его останков отсрочили это событие на 15-20 лет, но чудес не бывает – на Земле просто некого больше доить, и вот-вот придется грабить в открытую, чтобы выжить. А раз так, то «права она или нет, но это моя страна».

Год 2023. Мне 57. Хотя нет, стоп. Об этом рассказывать еще рано.

Subscribe

  • Лунная база здорового человека

    Пилотируемая космонавтика стоит перед очевидной развилкой – или ее надо закрывать как бессмысленную трату средств, или надо наконец использовать…

  • Китайцы нас радуют

    За выходные китайские коллеги порадовали тремя вещами. Вторая основная экспедиция прибыла на китайский "Мир" для полугодового полета. Ну поглядим...…

  • Слава Главархиву Москвы!

    Центральный государственный архив города Москвы запустил впечатляющую программу сканирования и выкладывания в сеть документов церковной регистрации…

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 48 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →

  • Лунная база здорового человека

    Пилотируемая космонавтика стоит перед очевидной развилкой – или ее надо закрывать как бессмысленную трату средств, или надо наконец использовать…

  • Китайцы нас радуют

    За выходные китайские коллеги порадовали тремя вещами. Вторая основная экспедиция прибыла на китайский "Мир" для полугодового полета. Ну поглядим...…

  • Слава Главархиву Москвы!

    Центральный государственный архив города Москвы запустил впечатляющую программу сканирования и выкладывания в сеть документов церковной регистрации…